Суббота, Сентябрь 21, 2019

  /  Погода в Абакане

Главная > Газета > Константин Мамышев и симфония его акварелей

Константин Мамышев и симфония его акварелей

Страницы истории нашей древней земли запечатлены в том числе и в судьбах представителей хакасского народа. Один из таких людей – член Союза художников России Константин Гордеевич МАМЫШЕВ. Знакомство наше состоялось в сентябре 2011-го. Вскоре художник ушел из жизни. Но сегодня возвращается в этих воспоминаниях… Итак, портрет Константина Мамышева в обрамлении его творчества.

Природа таланта

Каким вспоминается мне Константин Мамышев? …В тот сентябрьский день он садится к мольберту. Берет в руки кисть. Нежное масло краски осторожно ложится на холст. Художник дает ему возможность свободно дышать и трепетать прозрачными бликами света. И вот полотно постепенно наполняется жизнью – рождается пейзаж. Хочется смотреть на этот маленький фрагмент огромного мира, еще не до конца завершенный. Однако вскоре картину навсегда обнимет резная рама. Сюжет достигнет своего финала. Но всякий, кто будет взглядом прикасаться к живописному полотну, реально ощутит легкое движение воздуха. Такова природа творчества Константина Мамышева.

Решение стать художником он твердо принял еще в раннем детстве. Его сестра частенько рисовала на стеклах цветы. Костя любил смотреть на эту красоту. А еще он пастушил, пас коров, лазил по горам. Любил кидать с высоты камни. Простор всегда его притягивал… И не случайно основная тема в творчестве Константина Мамышева – пейзаж. На первый взгляд, в его картинах все очень просто, незатейливо. Леса, реки, горы. Каждому жителю Хакасии знакомы природой созданные панорамы. Они легко узнаваемы и мало меняются со временем. Но как хороши эти бархатистые мамышевские горы! Как стремительны его хрустальные реки! Как чист и прозрачен воздух в его лесах!

Сельский пейзаж – то, что мило сердцу самобытного художника. Сердцу, с детства опаленному потерями. И как знать, какой жесткий поворот сделала бы неласковая судьба деревенского сироты Кости Мамышева, не будь в его душе этой нежной струны – пронзительной и чистой любви к родной земле, к ее неброской красоте.

Костя Мамышев родился в селе Верх-Аскиз Аскизского района в марте 1941-го. За три месяца до начала Великой Отечественной войны. В семье Мамышевых было восемь детей. Но до взрослых лет дожили только трое. Себя он осознавал лет с пяти, говорит Константин Гордеевич. Одно из его самых солнечных воспоминаний – прогулки с братом Филиппом к реке, где мальчишки собирали на берегу разноцветные камушки, разглядывали их и мечтали стать геологами. Но в итоге Филипп выучился на биолога, а Костя немного не доучился на художника. И вроде не было среди близких родственников Константина Гордеевича людей, склонных к художественному творчеству. Все больше встречались мастера, владеющие добротным ремеслом. Отец его – Мамышев Гордей Владимирович, которого по-хакасски звали Картей. Простой, работящий. Мать – помоложе, была кружевницей. Любой дар всегда передается по крови. Но порадоваться таланту своего сына Кости, при рождении названного Келеем, супругам Мамышевым было не суждено.

Мать умерла рано, в 1947 году. Косте было шесть лет. В 1950-м умер и отец. Костя и Филипп остались сиротами. Братья Мамышевы чудом пережили самую трудную в их судьбе зиму. После похорон отца какие-то дальние родственники забрали из дома все ценное: несколько материнских шуб, венские стулья. Но детей в свою семью никто не взял. Девятилетний Костя и двенадцатилетний Филипп остались в пустом доме одни. Мамышев помнит: крыша в нем протекала, не было ни хлеба, ни муки. Только картошка, которую осиротевшие мальчишки пекли в чугунной печке. А на душе – холодно и горько… Так они продержались почти год.

Судьбоносная встреча

В двенадцатилетнем возрасте Костя Мамышев попал в детский дом. Он жил и учился там до окончания школы. То было обычное детство деревенского мальчишки-сироты, который много времени был предоставлен сам себе и поэтому рано стал самостоятельным. Он любил спорт, прогулки по окрестностям, походы в лес и горы. Уже тогда в его душе расправляла крылья неосознанная мечта запечатлеть всю красоту мира. Ведь нет ничего восхитительнее, чем родное небо и знакомая до каждой излучины река… И вот однажды в жизни Кости Мамышева произошла судьбоносная встреча.

Когда парень учился в восьмом классе, из Курска приехал молодой учитель рисования и черчения Юрий Захаров. Простой был, дети его очень любили. Ходили с ним на острова, где цвела черемуха. Наверное, тоска по утраченным родителям так притягивала мальчишек к этому учителю. Ему и досталась их нерастраченная сыновняя любовь. Но и педагог оказался наставником от Бога. Юрий Захаров сумел разбудить в детях вдохновение. В итоге из маленького кружка рисования в сельской школе в большое искусство вышли такие мастера, как известнейший хакасский график Владимир Тодыков, именитые художники Ричард Субраков, Ирина Карачакова. Ну и, конечно, Константин Мамышев.

Вскоре Константин Гордеевич уже обучается живописи в Ленинграде, на художественно-графическом факультете Государственного педагогического института имени Герцена. Он поступает туда после службы в армии. В дальнюю дорогу пареньку помог собраться майор из воинской части. Офицер одел, обул молодого солдатика, дал денег на дальнюю дорогу.

…Круглый сирота. Денег – ни копейки. Общежития нет. Вот так в Ленинграде шесть лет и учился. Днями, ночами работал. Отчаянно хотел стать художником. Это помогало. И – выдержал!
Тогда, в конце 60-х – начале 70-х годов в Ленинграде Константин Мамышев был еще и вольнослушателем Института живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина, учился на факультете прикладного искусства Высшего художественного училища имени Мухиной. Ему как сироте платили стипендию – 28 рублей. Чтобы добыть себе хоть какие-то средства на существование в чужом огромном городе, Костя работал приемщиком в булочной, грузчиком, сколачивал ящики, подметал дворы. Но из-за бесконечных материальных проблем в 1971-м Мамышев вынужденно оставил ленинградское училище и вернулся в Абакан.

Но не только студенческую скамью тогда оставил начинающий художник. На долгие годы ему пришлось проститься и с высоким искусством. Появилась семья, дети… Константин Гордеевич работал художником-оформителем на различных промышленных предприятиях. Десять лет трудился на «Абаканвагонмаше». Темой его творчества тогда была наглядная агитация, трубящая о производственных успехах строителей коммунизма. Он оформлял лозунгами машины, участвующие в праздничных демонстрациях. И только по выходе на пенсию в 2000-м году Мамышев вновь основательно сел за мольберт, взял в руки кисть живописца. А всего два года спустя Константин Гордеевич становится членом Союза художников России. В августе 2011-го в Абаканской картинной галерее была торжественно открыта его персональная юбилейная выставка.

Четыре десятка живописных полотен – словно сменяющие друг друга пейзажи за окном движущегося поезда. Есть в них нечто общее, но все-таки у каждого свой сюжет. «Незабудки цветут. Вдали горы», «Озеро Безымянное. Граница с Тувой», «Табунщики едут в тайгу», «Осень на аскизских горах». Вот названия мамышевских картин. Художник непревзойденно пишет воздух, воду, ветер. И вроде все это знакомо нам, живущим в Хакасии. Но поражает игра красок, дарующая свободу и безграничный простор. Хочется смотреть и дышать полной грудью. В этом и состоит новизна впечатлений от хорошо знакомых панорам.

Фамилия

Наша память – великая сила. Мамышев рассказывает: когда умирала его мать, она шепнула шестилетнему Косте такую фразу: «Силу свою я оставляю тебе, младшему сыну». До конца даже не поняв смысла слов, он навсегда запомнил их. И, наверное, эта сила, доставшаяся в наследство, в самые трудные моменты жизни помогла ему выстоять, не сломаться. Именно сила предков и питает талант художника, не дает утратить связь с народными корнями. А корни те глубоко уходят в древнюю историю Хакасии.

Фамилия Мамышев происходит от хакасского имени Мамыс. Именно так звали старика, который был основателем данного рода, утверждал Константин Гордеевич. Историю своей фамилии художник нашел в книгах хакасских ученых. Джунгары увозили людей, скот угоняли. А хакасы потом возвращались домой. И вот этот Мамыс-старик три года шел тайгой. Девять детей вырастил там. Эти дети – выходцы из Теи. Род именуется «хобый». Мамышевы в нем третье место занимают по численности.

Но и еще две фамилии вызывают интерес у Константина Мамышева… Иван Айвазовский и Сандро Боттичелли. Эти художники с мировым именем – россиянин и итальянец – маяки в творчестве хакасского живописца. К примеру, с картин известного мариниста Мамышев делал копии. Таков его личный способ учиться мастерству.

Я не люблю эпизоды, но очень люблю дали, говорил Константин Гордеевич. Только с высоты хорошо видно всю красоту мира. А чтобы ее перенести в картину, Мамышев изобретает свою манеру: пишет масляными красками, но выглядит это как акварель. Художник просто кладет на холст очень тонкие мазки. Акварель – утонченная, нежная техника. Позволяет все нюансы передать. Все плывет, как в симфонии. Наверное, это состояние его души.

…Талант художника. Может быть, он заключается в том, чтобы открыть миру нечто новое, неизвестное. А может быть, и в том, чтобы просто суметь показать неповторимую гармонию привычного, мимо чего мы торопливо проходим каждый день. И тогда полотно становится живописной поэзией. Прозрачной и легкой, как акварель. Как ритмы влюбленного сердца.

Галина ОВЧАРЕНКО
(По материалам программы «Изеннер!» ТВ-Абакан)
Фото из открытых источников


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Защита от спама *