Пятница, Ноябрь 16, 2018

  /  Погода в Абакане

Главная > Газета > Время штиля

Время штиля

Каждый год по 55 печатных листов для книг, научные статьи, выступления по телевидению, научная работа. Ни дня без строчки! Мой собеседник встает до первых петухов, встречает восход солнца. Это доктор филологических наук, литературный критик, профессор кафедры литературы Хакасского государственного университета им. Н.Ф. Катанова Валерий Павлович ПРИЩЕПА. Беседовать с ним было необычайно интересно!

Красивейший Байкал

Сын репрессированных родителей… Павел Петрович и Мария Ивановна познакомились в ГУЛАГе. Павел Петрович отсидел десять лет (1937–1947) по печально знаменитой 58-й статье УК СССР. Людей, которые проходили по этой статье, называли врагами народа. В заключении их ждали, как пишет Александр Солженицын в своей знаменитой книге «Архипелаг ГУЛАГ», «истребительно-трудовые будни». Марию Ивановну посадили уже после войны.

Пройдя ад, создали семью, жили в Забайкалье, в поселке Заярск.

– Умерла мать в Иркутской области, – говорит Валерий Павлович. – Тогда планировалось строительство Братской ГЭС, и отец знал, что будет затопление, в том числе и могил. Поэтому в неотопленном вагоне он вывез тело матери в Хакасию. Похоронил на кладбище села Зеленое Усть-Абаканского района. Он сам умер в 79-м и похоронен там же.

В 1961 году, после смерти жены, Павел Петрович построил дом в селе Зеленое. И, окончив в 78-м году филфак Иркутского университета, Валерий приехал сюда, год работал в восьмой школе. Сразу поступил в аспирантуру Иркутского университета.

– Ну, а после я вернулся в Абакан, начал работать на филфаке Абаканского пединститута. Получается, уже почти сорок лет я работаю здесь, – говорит он.

Сестра Валерия Павловича, Людмила, экономист. Живет в Иркутской области. На Байкале он бывал 50, а то и 70 раз!

Читал, засыпая…

Откуда же возник у маленького Валеры интерес к литературе?

– С раннего детства я очень любил читать, – рассказывает профессор. – Моя первая книжка называлась «Сонь-Сони и Гуль-Гули». Один постоянно спал, а другой вечно гулял. Принцип жизни второго, более оптимистичный, пришелся мне по душе. Этому принципу я стараюсь следовать. По-своему. Встаю рано утром и начинаю работать.

А интерес… Валерий Павлович, замечая, что склонность к литературной работе – результат усилий его учителей, вспоминает свою учительницу литературы Софью Тихоновну Кострову, называя эту встречу судьбоносной.

– Она прекрасно разбиралась в литературе, именно она привила мне любовь к литературе, которая боролась у меня с любовью к истории. Учась в школе, я прочитал собрания сочинений всех русских классиков. Рядом с нами жил человек, который привозил из Москвы книги мешками! Сочинения Бунина, Куприна, Толстого… Я читал, засыпая за столом.

– Глотали просто!

– Да. В Иркутском университете были прекрасные преподаватели. Они учили и Валентина Распутина, и Александра Вампилова… Поэтому дух литературы там витал. В то время в университет пришла Белла Ахатовна Ахмадулина, мы познакомились. В тот момент я уже вплотную занимался поэтами-шестидесятниками. Она удивительная, я ее люблю.

Имя в честь

– Со студенческих лет помню ваше признание большого таланта Евгения Евтушенко.

– Его поэзию я полюбил, еще учась в школе. Когда прочитал его стихотворение «Баллада о стерве»:

Она была первой, первой, первой

Кралей в архангельских кабаках,

Она была стервой, стервой, стервой

С лаком серебряным на коготках.

Для меня, восьмиклассника, это было откровением. Лозунги вещали нам об одной жизни, а реальность показывала другую. Рядом находился лагерь строгого режима, родители многих одноклассников Валерия работали там. Люди освобождались и оставались жить в поселке. Каждый второй был бывшим заключенным, политическим или уголовным, – говорит Валерий Павлович.

– Расскажите о вашей встрече с Евтушенко.

– Это произошло 30 января 1978 года в Переделкино. Евтушенко был женат на ирландке Джен Батлер. Мы общались с ним в течение четырех часов. Читали стихи. Пили винные коктейли из 12 компонентов, нам приготовила их Джен. Лучшие вина были собраны в его погребке!

Когда Евтушенко узнал, что у поклонника его таланта родился сын и мальчик был назван в его честь – Евгений, то он подписал несколько сборников – Валерию Павловичу, его жене Валентине и маленькому Жене, которому тогда был всего годик.

Сейчас Евгений Валерьевич – кандидат исторических наук, старший научный сотрудник ХакНИИЯЛИ. Он этнограф.

– В 2008-м поэт написал мне стихотворение «Байкалу», – улыбается мой собеседник. – 18 июля нынешнего года я был на открытии первого памятника Евгению Евтушенко. Оно состоялось в городе Зима, где родился поэт. Когда мне было предоставлено слово, я сказал, что это послежизненный памятник Евтушенко и прижизненный – моему сыну, который назван в честь поэта.

Книги о поэтах

– Ваши книги. Вы написали их 16…

– 10 монографий посвящены Евтушенко. Все они есть в библиотеке нашего университета. Последнее по времени издание – «Хроника жизни и творчества Евгения Евтушенко». Планирую издать ее в 12 томах, на сегодняшний день издано четыре. Где издаюсь? В Иркутске, в Новосибирске, в Абакане.

– А «Щемящей совести строка…», вышедшая в 2009 году? Читала только хвалебные отзывы об этой книге.

– Этой книгой я хотел выразить свое уважение к тем поэтам, которые украшали нашу землю, и память о них продолжает украшать ее. Это, прежде всего, поэты фронтового поколения – Михаил Кильчичаков, Геннадий Сысолятин – я посвятил им очерки. И те люди, которые, на мой взгляд, являются или были наиболее талантливыми поэтами Хакасии – Валерий Майнашев, Анатолий Кыштымов, Наталья Ахпашева, Алексей Козловский. Я написал книгу о поэтах, которых уважаю, которых люблю.

– Сейчас пишут много пустой «литературы». А ведь истинная тревожит твой ум, кидает якорь, ты начинаешь размышлять… Выживет ли литература в этом постоянно меняющемся мире?

– При любом состоянии государства и общества литература всегда была, есть и будет. Другое дело – ее качество. Та литература, которая сейчас создается современными писателями – да, ущербна по своей сути. Часто – колебания стиля. Часто написано ни о чем. Великие писатели умерли, новые еще не родились. Сейчас – время штиля. Литература осталась без присмотра государства, финансирование идет по остаточному принципу.

– Студенты вам приносят свои творения?

– Слава Богу, нет. Я их отправляю к талантливому, более лояльно настроенному преподавателю, Александру Григорьевичу Грибкову, напутствуя: «Мне не показывайте. Я вам наговорю столько гадостей, что вы больше не будете писать».

Контрастные студенты

– В 2011 году вам была присуждена литературная премия имени Роберта Рождественского за монографию «Орфей великой эпохи».

– Одной из своих аспиранток, Нине Яковлевне Сипкиной, я дал тему по Роберту Рождественскому. Она написала и защитила кандидатскую диссертацию. После этого я предложил ей написать совместную книгу. В 2011-м, написав, мы выслали издание в Москву его вдове, Алле Борисовне Киреевой.

И был отклик! Вместе с дочерьми, Ксенией и Екатериной, Алла Борисовна вернула авторам половину стоимости книги, они написали благодарственное письмо. В родном селе поэта – Косиха, где проходят ежегодные рождественские чтения, данная книга была названа лучшей книгой о поэте. Валерий Прищепа и Нина Сипкина получили премию. Второе издание этой книги, в три раза больше по объему, вышло в 2012 году.

– Сейчас от Рождественского я отошел, все материалы передал Нине Яковлевне, она пишет сейчас диссертацию, – замечает Валерий Павлович.

– В сентябре нынешнего года в Республиканской библиотеке состоялась презентация книги «По ступеням лет: хроника жизни и творчества Е.А. Евтушенко».

– Книга написана в соавторстве с известным иркутским журналистом Виталием Коминым и посвящена пяти годам жизни Евгения Евтушенко – с 1971 по 1975, – рассказывает профессор. – Мы объехали восемь городов Иркутской области, везде проходила презентация так же, как и в Абакане.

Сейчас Валерий Павлович работает над пятым томом «Хроники жизни и творчества Евтушенко». Он должен быть готов к февралю 2019 года. Монография вновь пишется в соавторстве с Виталием Коминым.

– Ну, и вопрос напоследок. Современные студенты – какие они?

– Я бы сказал, сейчас они контрастные. Либо очень хорошие, либо очень плохие. Раньше были «середнячки», а сейчас либо совсем «нулевые», либо так высоко, что некоторых можно и не учить. Их единицы, естественно. Но единицы и делают историю. Поэтому я не думаю, что в институте катастрофическое положение. Замечу, что драма современного студента-филолога в том, что студенты отучились читать. Это меня беспокоит.

Лика КРАСКО


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Защита от спама *