Среда, Октябрь 24, 2018

  /  Погода в Абакане

Главная > Газета > Сергей Акимов: «Психология — это не наука»

Сергей Акимов: «Психология — это не наука»

Надо признаться, что, готовясь к разговору с профессиональным психологом Сергеем Николаевичем АКИМОВЫМ, я все время вспоминала слова Владимира Высоцкого: «А мы все ищем правильный ответ и не находим нужного вопроса». Поэтому, чтобы постараться задавать вопросы «по делу», перед встречей прочитала все, что нашла в Интернете об этом человеке с такой необычной профессией. И меня «зацепила» и где-то даже возмутила его фраза о том, что «психология – это не наука». Собственно, с нее и началась наша беседа…

– Да меня самого в свое время эти слова просто оскорбили! Когда я учился на втором курсе, к нам читать лекции по консультированию пришел очень известный в Новосибирске психотерапевт. Такой весь из себя крутой, учился в Штатах у самих основоположников НЛП Гриндера и Бендлера. Вот он и заявил: «Господа, психология – не наука». Ох, как же я тогда кипел от возмущения! И только потом, когда начал сам практиковать, понял, насколько этот преподаватель был прав. Конечно, в психологии есть свои законы и правила. Но наукой в чистом виде ее назвать нельзя. Все, что изучает наука, можно увидеть, измерить, даже потрогать. А вот практическая, прикладная психология больше похожа на искусство. Искусство проникновения во внутренний мир другого человека.

– И чем же вы в таком случае руководствуетесь в таком проникновении?

– Любая консультация исходит из конкретного запроса. А время сегодня непростое, поэтому проблемы есть практически у каждого. Проблемы в семье, и в первую очередь – проблемы с детьми. Кто-то не может самостоятельно бороться с собственным лишним весом, с вредными привычками. А пристрастие к табаку и алкоголю, и что еще хуже – к наркотикам просто разрушает человека. Кроме того, сегодня большой угрозой психологическому состоянию стали такие факторы, как азартные игры и бездумное погружение в Интернет. Добавьте к этому состояние депрессии, страхи, панические атаки, различные фобии плюс эмоциональную зависимость от чего-то (или от кого-то), чувство одиночества. Думаете, от чего люди бегут в секты? Вот как раз от совокупности этих проблем!

– И вы запрещаете пить, курить, много есть, играть в карты и часами сидеть за компьютером…

–Я ничего никому не запрещаю. Я не врач и не полицейский. И не имею права брать на себя ответственность. Другое дело, что я могу дать человеку профессиональный совет, как справиться с той или иной проблемой. А вот воспользоваться моими советами или же пренебречь ими, каждый решает для себя сам. Ко мне приходил мужчина, у которого тяжелая форма игромании. Он имеет серьезный бизнес, недвижимость, но за последние несколько лет проиграл уже почти 17 миллионов. И остановиться не может. Тут уже нужен не психолог, а психиатр.

– С кем легче найти общий язык: с детьми или со взрослыми?

– Все люди – разные. И дети тоже. Вот только один пример. Пришла пожилая женщина с внуком. Бабушка жалуется: мол, какой-то необщительный растет, закрытый, слова от него не добьешься. Я попросил ее выйти. И мальчик за пять минут мне все про себя рассказал: как учится, с кем дружит, что любит, как мечтает о собаке. Я тихонько стал выяснять, что к чему, попросил, чтобы мама пришла. Оказалось, что родители развелись и теперь мать почти ненавидит сына за то, что он похож на отца. Но я же не могу «отформатировать» внутренний мир ребенка, чтобы сделать его таким, как хотелось бы маме. Вообще случаи, когда родители пытаются реализовать в детях свои несостоявшиеся мечты и желания, нередки.

Как правило, при работе с подростком используется так называемый биопсихосоциальный подход. Что это означает? Биогенетические предпосылки. Хотя я не очень-то доверяю тем теоретикам, которые считают, что яблоко от яблони недалеко падает и что ребенок, выросший в неблагополучной семье, тоже станет «неблагополучным». Примеров, когда ситуация складывается с точностью до наоборот, достаточно. «Психо» – это индивидуальные психологические особенности. А социум – окружение, в котором живет подросток. И в первую очередь – это, опять же, семья. При этом надо помнить, что каждый человек – неважно, взрослый он или ребенок – это отдельный, неповторимый мир.

– Сергей Николаевич, в конце 80-х – начале 90-х годов был очень популярным «кудесник» Анатолий Кашпировский. Откуда взялся такой всеобщий психоз? И что это вообще было?

– Это были концерты эстрадного гипноза. Обычный бизнес. Дело в том, что 15 процентов людей относятся к разряду легко гипнабельных (поддающихся гипнотическому воздействию). Да и время, если вспомнить, было весьма нелегким. Кашпировский по специальности опытный врач-психиатр, он более 20 лет проработал в психоневрологическом диспансере. Но насколько я понимаю, эффективного исцеления от каких-либо серьезных заболеваний в его практике не наблюдалось. Однако он довольно успешно поплавал в мутных водах перестройки.

– В любом детективном сериале (а их сегодня великое множество) рядом с оперативниками, следователями, криминалистами работают психологи. Были ли подобные прецеденты в вашей практике?

– Случались. Существуют такие дисциплины, как юридическая психология вообще и психология поведения жертвы (виктимология) в частности. В качестве консультанта, а иногда и эксперта работал со специалистами Следственного комитета Республики Хакасия, с адвокатами, участвовал в судебных процессах. Разные ситуации бывали, но я ни разу не пожалел, что выбрал такую профессию. Нельзя жалеть о том, что было в жизни. Твоя работа должна тебе нравиться и приносить радость.

– Как вы считаете, в школах нужны профессиональные психологи, или достаточно присутствия там социальных педагогов?

– Нужны, очень даже нужны! Причем не только ученикам, но и педагогам. Ведь педагоги, как и врачи, находятся в группе риска по возникновению синдрома эмоционального выгорания. У них же сегодня тоже нагрузка будь здоров! И вообще, я считаю, что психологию нужно преподавать как отдельный предмет в старших классах. Но! Во-первых, образование – это система, в которой не так-то просто что-то изменить. А во-вторых, вы же понимаете, какая зарплата будет у молодого учителя, которому семью кормить надо…

– Ваше мнение о «синих китах» и прочих сайтах, провоцирующих уход подростков из жизни?

– К сожалению, в моей практике были случаи попытки подросткового суицида. Но дело совсем не в «синих китах». Почему зациклились именно на них? На такие сайты попадают дети, которые внутренне уже «готовы». Особенно 12–15-летние подростки, которые еще не всегда осознают смерть как конечность всего. Увы, но сегодня существует множество семей, которые я называю псевдоблагополучными. Ребенок живет в полном достатке, только ему поговорить не с кем. Он смотрит мне в глаза и говорит: «Меня никто не понимает, я никому не интересен». Но есть и другая сторона этой медали – созависимость. Это такая гипертрофированная любовь. «Мы всем для тебя жертвуем, от всего отказываемся, только бы тебе было хорошо». А ничего хорошего! Ребенок просто цепенеет от такого давления: «Плотно меня обложили». Я не открываю Америки, но если в семье дружба и доверие, если ребенку там тепло и его любят не «идеальным», а таким, какой он есть, поверьте, никакие «киты» не приплывут!

…Есть в психологии такой термин – эмпатия. Способность к сочувствию, сопереживанию, вниманию к проблеме другого человека, умение воспринимать все его сомнения и страхи. И я поняла: главное в работе психолога Акимова – уметь слушать. Не морализировать, не диктовать, а принять точку зрения собеседника, постараться понять его и помочь.

Маргарита ЛОГИНОВА


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Защита от спама *